Новости

Натта Конышева – картины, Дима Широков – изразцы

В Малом зале и Оранжевой галерее РГБМ сейчас проходит удивительная выставка под обманчиво скромным названием «Натта Конышева – картины, Дима Широков – изразцы». Открытие выставки состоялось 24 января, а посещать её можно будет весь февраль, до 28-го числа, каждые понедельник, пятницу, субботу, воскресенье с 11:00 до 19:00.

Волшебный мир наивного искусства, магического реализма и честной русской хитринки – всё это в работах художницы Натты Конышевой и керамиста Дмитрия Широкова.

Никто не расскажет о работах художника лучше другого художника. Поэтому мы предлагаем вам начать знакомство с параллельными мирами наших чудесных авторов, почитав интервью с Димой Широковым. Это не совсем интервью в традиционном смысле – беседы проходили спонтанно, в ходе длительного монтажа выставки, начинались с полуслова, прерывались порой на час-два, иногда – на день, жили, развивались, уточнялись. Дима развешивал картины, монтировал подвеску изразцов, расставлял свои феерические чайнички и квасники, а я ходила следом, помогала, расспрашивала и записывала…

Итак – слово Диме Широкову.

Кто такая Натта Конышева

Натта давно стала легендарной художницей, на писаных ею портретах – пол-Москвы; редкая выставка или вернисаж обходятся без неё. Её я знаю больше тридцати лет, а в 1981-м году, когда с ней познакомился, не мог и представить, что удостоюсь совместной выставки. О большем, нежели позирование для портрета или покупка за 10 рублей её небольшой картины, я даже и не мечтал. В своё время Натта окончила школу с золотой медалью, потом поступила в Полиграфический институт. Иллюстрировала книги, работала в промграфике (сейчас это назвали бы полиграфическим дизайном), придумывала эмблемы для предприятий лёгкой промышленности (логотипы, как сейчас говорят), этикетки к товарам (сейчас это называют «разработка фирменного стиля»). Но живопись перевесила, Натта вступает в МОССХ – официальный союз художников, а позже в Горком графиков (авангардистов). И там и тут её недолюбливали. «Иди к своим авангардистам!» – говорили в МОССХе, «Иди в свой МОССХ!» – говорили в Горкоме графиков. Но Натта не унывала, пробиваясь на выставки и туда, и сюда.


Справа налево: юная Натта; портрет Натты Конышевой работы Дмитрия Гордеева;
Натта Ивановна Конышева (фото сайта aistgallery.com)

Работоспособности и энергии Натты можно только позавидовать. Она участвует и всегда готова участвовать во всех мыслимых выставках: у неё всегда полно сюжетов и новых идей, у неё столько картин, что хватит на всех. С любой тематикой! Такая вот характерная история: ещё в советское время встретились мы как-то с Наттой, и она мне сразу сообщила, что участвует в выставке под названием «Космос». Я удивился. Стало очень любопытно, что же подготовила Натта на эту выставку. Как сочетается её манера, которую она сама определяет как «картина-репортаж с элементами чуда» – с космической тематикой? Так выяснилось в итоге, что чудесная наша Натта Ивановна отыскала свою картину с детишками у монумента «Покорителям Космоса». Помните – стела у метро «ВДНХ»? Высокий обелиск, представляющий шлейф с характерным изгибом, на вершине которого находится ракета. Так вот этот «изгиб» облюбовали дети из ближайших домов и катались с него на картонках, как со снежной горки. И название картины – «Покорители космоса». Чем не космическая тема?

Как я стал керамистом

Сам я родился и жил на Чукотке, в Анадыре. Потом мы переехали в Москву. И однажды в школе, в которой я учился, увидел на стене объявление, написанное карандашом: «При Бабушкинском Доме пионеров отрыт кружок керамики». Я подумал, что это интересное место. Ведь керамика – это такой материал… Собственно, я уже пытался рисовать какие-то вещи, самодеятельные абстрактные картинки. Но вот уж в керамике ты – вольный человек! Это ведь прикладное искусство. Если это вазочка, и ты на ней нарисовал хороший орнамент – это вазочка, и всё. То есть, она не претендует на какое-то «высокое искусство». Тут ты точно сможешь сделать какую-то вещь. Тем более, я посмотрел несколько альбомов художника Леже, и думал: вот этим стоит заняться.

Как я познакомился с Наттой

Было это в 1981-м году. Натта училась в Полиграфическом институте вместе с одноклассником моего папы – Всеволодом Освером. А папа в то время работал в музее Востока. Я пришел в музей на открытие выставки и там же встретил Всеволода, который пригласил посетить мастерскую Натты Конышевой. Там мы и познакомились.

Чуть позже мой отец попросил Натту написать наш семейный портрет: чтоб были на нём папа, мама, брат и я.

Однажды на выставке в музее Востока Натта появилась, поприветствовала моего папу и направилась рассмотреть экспонаты. Все вокруг стали спрашивать: кто это? Папа сказал: «Это Натта Конышева, известная художница». На что, уже из публики, Натта произнесла: «А у тебя сын – гениальный художник». Так я был уравнен на незримых весах значимости взаимоотношений с папой.

А в 1993-м году я заказал у Натты портрет уже своей семьи. В то время я вовсю занимался керамикой. И работая над этим портретом, Натта увидела мои новые работы и решила, что теперь мне пора вступать в Союз художников. А у меня нет художественного образования! Даже начального. Так получилось, что в Анадырской художественной школе проучился только одну неделю. Потом (уже в Москве) занимался в разных кружках керамики. После окончания института работал инженером-картографом. В 1989-м сам стал вести занятия по керамике, а ведь собственная мастерская для керамиста – прекрасная возможность совершенствоваться. В 1996-м году, можно сказать, с легкой Наттиной руки, обрёл статус профессионала. И вот как это было…

Как я поступал в Союз художников

По настоянию Натты Конышевой, я подал заявление на вступление в секцию декоративно-прикладного искусства Союза художников ещё в 1994-м году. Прошёл год, но никаких известий от руководства секции не поступило. Я решил позвонить сам. Попал к секретарю, которая стала у меня выяснять дату подачи заявления, кому оно было подано… Ещё сообщила: «У нас приём в члены Союза происходит не так быстро. Надо бы поработать в творческой группе на художественном комбинате!». Я понял, что это целая бюрократическая система и, вполне возможно, моё заявление не привлекло внимания комиссии и попросту затерялось. Но надежду не терял. И вот надеялся я, надеялся… Так прошел ещё год…

И вдруг мне позвонили из Союза. Пригласили на заседание комиссии секции декоративно-прикладного искусства по приёму в члены Союза художников и попросили принести с собой работы! Я стал готовиться, собрал свои работы. Багаж получился большой и тяжёлый. Керамика, сами понимаете.

Пришёл в назначенное время, расставил работы перед высокой комиссией. Мне сказали: «Хорошо, ожидайте». Вышел в коридор и стал ждать. Через некоторое время в коридор вышла женщина, видимо художница, потому что в охапку держала несколько гобеленов. По выражению её лица я понял, что её не приняли. Ну, подумал, меня ожидает та же участь. Я не имею художественного образования, да и вообще… «наивное искусство». В это время из-за двери комнаты, где заседала комиссия, раздался взрыв хохота, потом ещё один, ещё… «Всё, – подумал я – не примут!» Прошло ещё несколько тяжких для меня минут ожидания, и вот я стою пред комиссией… Мне сообщили, что «мнение членов комиссии не однозначно». Но всё-таки большинством голосов я был принят в члены Союза художников! Я собрал принесённые работы в свои большие сумки и услышал уже на выходе – один из членов комиссии меня спросил: «А вы знаете художницу Натту Конышеву?» Услышав мой утвердительный ответ, он добавил: «У вас с ней много общего».

А сейчас вот я работаю «учителем технологии» – учу детей лепить из глины в школе здоровья «Ковчег», Это общеобразовательная школа, но там есть коррекционные классы для особенных детишек. Вот мы с ними лепим и частенько участвуем в выставках и фестивалях.

Юрьев-Польский, или Откуда берутся сюжеты

…Было это в 90-е годы. Тогда все готовились голодать и терпеть лишения. По настоянию моей тёщи мы купили небольшой домик в деревне во Владимирской области, завели хозяйство, разбили грядки. Наша деревушка находилась недалеко от города Юрьев-Польский. В один погожий летний день мы решили съездить туда для ознакомления с его достопримечательностями. Всей семьёй уселись на мотоцикл с коляской и отправились в древний город. Вот в этой работе, которая так и называется «Юрьев–Польский», я, собственно, изобразил то, что увидел.

Известно, что город этот включен в маршрут Золотого кольца России. Прежде всего, потому, что там находится Михайло-Архангельский монастырь, построенный в XIII веке, а на его территории в стародавние времена был сооружён белокаменный резной Георгиевский собор. Именно он был взят за образец при сооружении Успенского собора в Московском Кремле. Но московский собор был разобран, потому что обветшал, а Георгиевский собор стоит и сегодня. Много об этом написано, многое исследовано, но жизнь в этом городе всё так же проста и заполнена ежедневными делами и заботами его жителей. Вот именно такая жизнь и вдохновила на создание работы. Женщина стирает белье на речке, рядом натянута верёвка, на которой выстиранное и сушится. Мужик косит траву, а рядом ходят куры и гуси. Всё просто, и в то же время – вечно.

О выставке Натты и Димы

Натта любит ездить по всему миру: Франция, Израиль, Мексика, Бразилия, Греция, Китай – где она только ни была. Причем её больше интересуют не свои выставки в этих странах (хотя они постоянно происходят), а новые впечатления, люди, виды, экзотика. Вот и сейчас, когда готовилась эта выставка, Натта на десять дней уехала в Рим.

С Наттиными работами всё было просто: в её пятнадцатикомнатной мастерской зачастую трудно ходить, приходится лавировать меж картинами (многие из которых она всё собирается дописать). Перед началом подготовки к выставке мы приехали к ней в мастерскую, и она вытаскивала подряд холсты, оргалиты, картоны (всё обязательно в рамах!), пока хватало места в нашем автобусе – главное, чтоб в двери проходили.


В мастерской Натты Конышевой

С моей керамикой было по-другому. Во-первых, её не так много (хотя в общей численности сотворённого я уступаю Натте не очень сильно, всё-таки слепил больше семи тысяч свистулек и три тысячи триста «единиц» посуды – чайников, чашек, вазочек). Во-вторых, в зале нет специальных витрин и подиумов, так что пришлось ограничиться изразцами и большими чайниками. Надеюсь, изразцы гармонируют с картинами Натты. Я вообще претендую на статус «ученика Натты Конышевой», хотя считается, что у неё, вроде, нет учеников. Я, хоть и живописью не занимаюсь, но с самого начала покорён смелостью её «ходов» на картинах, желанием всё заметить и зафиксировать в картинах, её неуёмностью и работоспособностью. Давно мечтал устроить выставку совместно с нею. Вот, появилась такая возможность – и Натта с лёгкостью согласилась.

На этой выставке в зале у меня висят ностальгические изразцы 90-х годов (правда, есть и один недавний комплект). Это по большей части автобиографические сюжеты, если вы заметите длинноволосого персонажа с раскосыми зелёными глазами и козлиной бородкой – это я (был таким).

В коридоре в основном висят изразцы со стихами – равнобуквицами, палиндромами, разносмыслами – Германа Лукомникова. На некоторых я пытался изобразить и самого поэта (впрочем, вставляю иногда и себя).

Стихи Германа Лукомникова настолько яркие и впечатляющие, что не только я люблю их иллюстрировать. Целая творческая студия выпускает произведения «по Лукомникову».


Герман Лукомников читает свои стихи на изразцах Дмитрия Широкова. Открытие выставки Натты Конышевой и Дмитрия Широкова в РГБМ (24 января 2013 г.)

Я хотел бы придумывать свои «изразцовые» тексты, но от Лукомникова оторваться трудно. Наверняка вам понравятся его стихи (как, надеюсь, и наша выставка).

Интересные ссылки

C Димой Широковым беседовала Наталья Балашова,
фото – Дмитрия Боганова